13 котов
Скотт мирно завтракал, Шейла шуршала чем-то в ванной. Картер догрыз куриную ножку и посмотрел в окно. Солнечные лучи прошлись по его рыжей шевелюре, чтобы окончательно утонуть в прищуренных глазах. «Отличный сегодня день», - подумал Скотт, и в этот момент за стеклом, по подоконнику кто-то прошел. Он чуть привстал, чтобы рассмотреть пришельца получше.
- Мряу! – раздалось под окном, и Скотт дернулся, метнулся в сторону двери, врезался в шкафчик, из которого немедленно выпала пачка печенья и стукнула его по голове.
- Ах, черт, - простонал Скотт, вытаскивая мокрую пачку из раковины и выбрасывая ее в бак.
- Мяу! – раздалось под окном второй раз, и Скотт снова нервно дернулся.
На этот раз досталось холодильнику. Бедный прибор не ожидал, что в него врежется 80 кг рыжего пилота. В холодильнике что-то подозрительно звякнуло. Скотт потер ушибленную руку и открыл дверцу. Он с сожалением осмотрел выпавшую колбасу, разбитую банку с огурцами и несколько бутылок с пивом. Пиво, впрочем, не пострадало.
- Что тут произошло? – удивилась Шейла, заходя в кухню в одном полотенце, другим полотенцем вытирая голову.
- Все коты под окнами. Они меня слегка напугали, и вот…
- Ничего себе, слегка напугали, - усмехнулась Шейла, переводя взгляд с огромного Скотта на погром, учиненный им в кухне. – Скотт, вот где ты, и где кошки?
- Да знаю, но я же их все равно боюсь… - вздохнул Скотт.
Он опустился на стул и грустно посмотрел на Шейлу.
- Прости, я такой разгильдяй. Не понимаю, за что ты меня любишь?
- За что? – улыбнулась Шейла, и присела к нему на колени. Она взъерошила его волосы, засмеялась и сказала: - Глупый, разве любят за что-то? Ты просто есть. Смешной, невозможный и мой. Этого вполне достаточно.
- Правда? – спросил Скотт, начиная улыбаться и тянуться к ней для поцелуя.
- Правда, - кивнула Шейла.
- Спасибо, - прошептал Скотт и поцеловал ее.
Шейла тут же вырвалась, цапнула Скотта за нос и начала разбираться в холодильнике.
- Знаешь, - она запнулась и посмотрела на Скотта. – Нас скоро будет трое.
- Что? Приедет твоя мама? – нахмурился третий пилот.
- Дурак! Я беременна! – фыркнула Шейла.
- Как? Почему?..
- Рассказать, как? В подробностях? – подмигнула ему журналистка.
- Нет… Это же здорово! – воскликнул Скотт. – Ура!
Он вскочил, подхватил ее на руки и закружил по кухне.
- У нас будет ребенок! Это же самое лучшее, что вообще могло случиться!
- Поставь, Скотт, поставь меня на место! – отбивалась, смеясь, Шейла.
Скотт послушался и бережно опустил ее.
- Это же здорово! – повторил Скотт. – Маленький мальчик… или девочка! Я буду учить его играть в футбол, или бегать, и буду рассказывать ему сказки, и бить тех, кто его обижает…
- Ага, а он будет разбирать твой компьютер, ломать градусники, выковыривать колесики из мышки, - подхватила Шейла.
- Пускай! Пусть учится! – разрешил Скотт.
- Да, - кивнула Шейла, подошла к нему и потерлась своим носом о его нос. Она обняла мужа, и он прижал ее к себе, нежно, осторожно, боясь раздавить того, кто внутри нее, так же, как раздавил холодильник…
И на несколько минут мир остановился.
Смеялись за окном дети, взлетали птицы, наступала весна, и где-то совсем рядом царапал лапами по подоконникам толстый рыжий кот.


****


Скотт упал на диван в своей холостецкой квартире, заворочался и сразу заснул. Ему снился кошмар.

- Но послушай! - Скотт спрятал руки в карманы своей коричневой куртки. – Шейла, я знаю, что виноват, сам. Я этого не отрицаю. Но ведь я люблю тебя! Неужели это ничего не значит?
- Да, значит, - она собиралась уйти, но вновь повернулась к нему. Элегантная, как всегда, с колючими сегодня глазами. – Но этого недостаточно. С тобой невозможно жить, Картер. Ты словно не со мной, ты где-то далеко.
- Я писатель, внутри меня оживают другие миры.
- Постоянный бардак в доме, - продолжала Шейла, - повсюду разбросаны обрывки твоих бумаг, повсюду ножи – а если бы Энни поранилась, найдя один из них?..
- Ну, - судорожно сглотнул Скотт, - этого не случилось.
- Вот именно. Но могло случиться. Скотт, а зачем ты давал ей водить машину? Девочке четыре года!
- Пусть учится. Может быть, она станет пилотом.
- Еще чего не хватало! Она не превратится в такого оболтуса, как ты, Картер! Я этого не позволю, - рассердилась Шейла.
- Но что плохого в этой профессии?
- Она опасна! И еще, я очень устала, Скотт, - Шейла поежилась, но не от холода. – Я устала от твоих поздних возвращений, от того, что тебя никогда нет рядом, и устала постоянно волноваться – где ты, что с тобой, к каким друзьям ты забрался и кого встретил. Скотт, я устала!
- Я понимаю, - смутился Скотт.
- И я больше так не могу. Прости. Я подала на развод. Я заберу Энни и вернусь в свою квартиру в Бостоне. К вечеру нас не будет.
- Шейла… - Скотт помолчал, потеряв все слова. Развод был для него ударом. – Пожалуйста… Останься.
Она посмотрела на него. Покачала головой, отвернулась и ушла.


****


Выйдя из машины, Скотт Картер забрал с заднего сиденья четыре пакета с продуктами и закрыл дверцу. Он поднялся по ступенькам трехэтажного кирпичного дома на последний этаж и дошел до своей квартиры, номер 39. Ловко вытащив ключ из кармана джинс и даже не уронив ни одного пакета, - один батон хлеба не считается, - Скотт пинком распахнул дверь.
Внутри его ждал бардак. Такой же как, впрочем, как вчера. И как месяц назад. Начальник службы безопасности, бывший третий пилот галактического звездолета, а ранее бывший гангстер, он не любил знать наперед, где что лежит. Отыскивать нужное в горах хлама было намного интереснее.
Небольшая двухкомнатная квартира стала его логовом с тех пор, как они расстались с Шейлой. Маленькая, но уютная, она позволяла ему вновь и вновь погружаться в писательство – ночами напролет, после работы. В центре большой комнаты стоял старый зеленый диван, оставшийся от предыдущего владельца. И почти сразу напротив него – телевизор. У окна стоял стол из ясеня, все пространство вокруг которого было завалено исписанными листами бумаги. На столе лежал ноутбук – хорошая зарплата позволила Скотту сменить на него свою пишущую машинку. За окном открывался вид на соседний дом, из такого же красного кирпича, как тот, в котором он жил, и на пожарную лестницу. Иногда, когда стояла хорошая погода, Скотт поднимался по лестнице на крышу. Там, наверху, стоял второй диван и низкий журнальный столик. И еще торшер, который он ночью включал и прямо на мягком диване читал книги или журналы, периодически разминаясь в метании ножей.
Скотт поставил пакеты на пол – и тут же на него налетел рыжий вихрь.
- Папа, папа! – кричал вихрь. Скотт подхватил вихрь на руки и закружил.
- Энни, ты что тут делаешь? Как ты сюда попала? Дверь же была закрыта!
- Подумаешь, закрыта! Я забралась по пожарной лестнице.
- Тут же третий этаж! – Скотт поставил девочку на пол, озабоченно взглянув на окно. – Пожалуйста, не делай так больше! Мама знает, что ты здесь?
- Нет, конечно, - фыркнула Энни, будто ничего глупее не могло прийти папе в голову. – А Майкл сегодня утащил у маляров, красящих школу, белую краску, и закрасил ею всю доску в кабинете химии! Так, что учитель не мог писать. Как он ругался! Представляешь? И поэтому контрольную перенесли на следующую неделю.
- То есть сегодня ты ушла раньше? И, конечно, раньше, чем за тобой приехала мама?
- Ну пап, - обиделась Энни. – Я же хотела тебя увидеть…
- Солнышко мое, я понимаю, - Скотт присел и обнял дочку. – Но мама наверняка волнуется. Ты должна предупреждать ее, когда уходишь ко мне.
- Но тогда она меня не пустит, - всхлипнула Энни.
- Почему? Пустит. Попробуй! Ладно?
- Угу…
- Обещаешь? – Скотт посмотрел на дочку. Энни кивнула. В уголках ее губ затаилась улыбка.
- Хорошо, а теперь пойдем кушать, - Скотт с легкостью подхватил Энни под мышку, взял в другую руку пакеты и понес всех на кухню. Энни весело отбивалась и щекоталась, Скотт смеялся, в результате чего часть продуктов поселилась в коридоре. Скотт положил все – и Энни, и пакеты – на небольшой обеденный стол, и вернулся в коридор, чтобы собрать растерянное. Энни в это время, конечно же, сунула нос в пакеты.
- Ой, у нас сегодня пицца! И пельмени! Пап, а что это такое? – Энни выудила из пакета здоровенную замороженную рыбину, которая размером была больше ее самой.
- Это карп. Тебе еще повезло, что сегодня я купил продукты. Если бы ты пришла вчера, пришлось бы ужинать тобой, - хмыкнул Скотт.
- Ах, какое незаслуженное коварство! – театрально вздохнула Энни, и, визжа и смеясь, начала размахивать рыбиной, как мечом, держа ее за скользкий чешуйчатый хвост. Скотт, отмахиваясь от рыбы, подошел к стоящему у соседней стены холодильнику и стал складывать продукты внутрь. Телефонная трель заставила обоих прервать свое занятие. Радиотелефон висел тут же, на стене. Энни виновато посмотрела на папу. Скотт подмигнул ей и ободряюще улыбнулся. Он закрыл холодильник и снял трубку.
- Скотт. Да, Шейла, все в порядке, не волнуйся, она у меня. Нет. Да. Подожди минутку…
Скотт еще раз подмигнул Энни и вышел в комнату. Девочка, оставшись одна, вздохнула и положила рыбу на место. Она спрыгнула со стола и открыла холодильник. Внутри лежали лишь те продукты, что сегодня купил папа, несколько банок пива и сыр, покрытый толстым слоем плесени - то ли от старости, то ли был дорогим видом сыра, который покупала мама… Во всяком случае, зеленые комочки выглядели на обоих сырах совершенно одинаково. Девочка уложила остатки продуктов в холодильник, оставив лишь пиццу, колбасу и хлеб. Чтобы сделать бутерброд, нужен был нож. Энни огляделась в поисках чего-либо, где могли лежать приборы. Она их нашла. Всех. Разумеется, в раковине. В горе грязной посуды. Энни помыла нож и подошла к столу. Она скептически повертела колбасу в руках, прикидывая, с какой стороны лучше начать хирургическую операцию. Решила, что с попки. На весу, с ловкостью циркачки, она разрезала батон напополам.
Скотт появился в дверях неслышно, устало прислонился к дверному косяку. Морщинка, появившаяся между бровями после разговора с Шейлой, разгладилась, стоило ему взглянуть на дочку. Половина батона, ловко отрезанной юной мисс Картер, конечно же, упала на пол. К всеобщему удивлению, пол был чистый. Скотт все равно помыл колбасу, когда поднял.
- Ну что, пап? – не выдержав, спросила Энни.
- Переночуешь у меня, а утром я отвезу тебя в школу. После занятий мама приедет и заберет тебя.
- Ура! – закричала Энни и весело подпрыгнула. Скотт улыбнулся. – А теперь давай есть пиццу! – заявила девочка не терпящим возражений тоном.
- Как скажешь, - хмыкнул Скотт, избавляя пиццу от упаковки и засовывая ее в микроволновку.
- Паап, а пап, – Энни смотрела на Картера снизу вверх задорным взглядом. – Пожонглируй ножами, пожааалуйста!
- Ох, Энни… - усмехнулся Скотт, доставая из раковины три грязных ножа разной длины.
Сначала он подбросил только один из них, поймал, попробовал еще раз. Потом к нему присоединился второй, а за ним и третий – ножи постоянно сменяли друг друга в воздухе, и вскоре Энни уже не замечала, по какой траектории они летают. Она смотрела, как завороженная. Скотт начал ходить по кухне, переступая через мусор, пустые пакеты от чипсов, умудряясь перебрасывать ножи за спиной, над головой и даже через локти и коленки. Наконец, микроволновка просигналила, что пицца разогрелась. Скотт поймал все три ножа и театрально поклонился. Энни засмеялась.
- Спасибо, папа.
- Обращайся, дочка, - ответил Скотт и полез за пиццей. Обжегшись, он вытащил ее из недр белой микроволновки – единственной вещи в кухне, все еще остающейся белой – и положил на вовремя подставленное Энни большое блюдо.

Пока Скотт наливал для них колу, Энни убежала в комнату. Через несколько минут вошедший туда вместе с пиццей и колой Скотт дочку не обнаружил.
- Энни, ты где? – позвал он.
С другой стороны окна показалась рыжая головка.
- Пап, я тут! Мы будем есть на крыше! – сказала Энни. Мелькнули ее шортики и футболка с львенком, но тут же исчезли.
Скотт охнул, но полез следом. «Меня всю жизнь окружают женщины, внутри которых сидит маленький дьявол», - обреченно подумал бывший гангстер. Нужно было бы отругать Энни за постоянное лазание по пожарной лестнице, но ведь лестница была достаточно безопасна, с ограждениями и широкими металлическими ступеньками. И, чего уж, он сам частенько ей пользовался.
Он поднялся по пожарной лестнице на крышу, как часто делал по вечерам. Энни лежала на диване, просматривая журнал Национального Географического общества.
- Пап, а правда, что слоны большие, а моск у них маленький? – спросила Энни.
- Думаю, да, иначе они бы уже давно захватили мир, - ответил Скотт, ставя блюдо с пиццей на журнальный столик.
- Ух ты! – весело прошипела Энни и взяла себе самый большой кусок.
Скотт развалился на диване рядом с Энни и тоже взял себе пиццу.
– А какой предмет тебе больше всего нравится в школе? – спросил он дочку.
- Никакой. Нет, вернее… физкультура. И физика немножко.
- Ого! – Скотт присвистнул. – Физика довольно сложная наука, редко нравится девочкам.
- А по-моему, она очень полезная, – заявила Энни, дожевав второй кусок пиццы и протянув лапку за третьим. Скотт недоверчиво посмотрел на нее.
- Куда тебе столько?
- Люблю пиццу, – довольно проурчала Энни. – Так вот, мне нравится физика, потому что на уроках нам рассказывают о звездолетах и межгалактических путешествиях. Я вырасту и обязательно буду капитаном звездолета. Я буду бороздить космишеские просторы. А чтобы вам с мамой не было скучно, я возьму вас с собой, - доверительно рассказала Энни. – Пилоты и журналисты просто необходимы для бороздения просторов.
- Спасибо, Энни, - улыбнулся Скотт, - но, боюсь, мама может не согласиться.
- Ничего, мы ее свяжем и так повезем, – успокоила его Энни. – Ты представь, какие репортажи она напишет в моей экспедиции! Мы ведь полетим не куда-нибудь, а к Альфе Центавре и Веге.
- Энни, но они находятся на разных концах Вселенной.
- Для моего звездолета не будет проблемы расстояний, - хмыкнула юная космолетчица. – У меня будет лучший корабль! Я его украду у космических пиратов.
Скотт поперхнулся пиццей.
- Чего, ты будешь пиратом?
- Конечно, это же так познавательно, - бодро ответила Энни. – Не волнуйся, пап, убивать я не буду, и грабить тоже не буду. Так, попугаю немножко.
- Энни, это очень опасное занятие.
- И чем же это? – подозрительно покосилась Энни.
- Например, тебя может поймать галактическая полиция.
- Ерунда! – фыркнула Энни, - Твой корабль они же так и не поймали. Еще награду дали.
- Ну, сравнила! Мы не были пиратами.
- Но вы скрывались и от полиции тоже.
- Да, но чтобы они нам не мешали. Мы защищали Землю.
- Пап, а звездолет, он был непобедимый? – спросила Энни.
- Непобедимых нет, Энни. Но наш не проиграл ни одного боя, - задумавшись, ответил Скотт.
- А ты многих убил?
- Никого, - хмыкнул Скотт, - если не считать скелетообразных роботов.
- Ой, а как это? – заинтересовалась Энни.
- Дело в том, что у врагов были людьми только главнокомандующие. Были еще, правда, их сторонники, и еще Темная Звезда, но человеком он все же не был. И всю работу выполняли роботы. Они назывались скилатроны. У них было тело скелетов и голова в форме черепа, только вместо глаз цифровое табло. При виде бомбы у скилатрона на табло высвечивались восклицательные и вопросительные знаки. Они и корабли могли пилотировать, и из бластеров стрелять.
- Что, и даже готовить умели? – не поверила Энни.
- Умели. Правда, не знаю, насколько хорошо, - рассмеялся Скотт, внезапно вспомнив кулинарные шедевры их собственного киборга. – Может быть, именно поэтому генералы всегда были такие хмурые. И все время стремились что-то завоевать.
- Но роботы помогали захватывать Землю. Выходит, они тоже плохие? Почему же их тогда не осудили? – удивилась Энни.
- Думаю, потому, что роботы просто машины. Они инструмент, средство. Они становятся плохими или хорошими только в руках людей.
- Как же вам было весело, наверное, - с завистью вздохнула Энни. – Если б ты знал, пап, какая скука в этой школе! Вот бы поскорее вырасти…
- Но ведь это лучшая школа в нашей стране. Мама ее специально выбрала.
- Но там одни дети богатеев! Они такие скучные, ни окно разбить не хотят, ни доску разрисовать не могут… А уж о футболе на переменах и речи не может идти, – Энни взяла последний кусок пиццы.
- Эх ты, разбойница, - взъерошил ее волосы Скотт. – В футбол мы с тобой всегда можем сыграть!
- Я не разбойница, я гангстерша, - серьезно сказала Энни. – Как мой папа.
И прыснула со смеху, потому что Скотт начал ее щекотать. Остатки пиццы благополучно оказались на старом диване.
Пока они разговаривали, на город спустился вечер. Зажглись окна соседних и дальних домов, зажглись фонари вдоль улиц. Скотт включил торшер и принес на крышу телевизор и два пледа. Они вместе посмотрели «Короля-льва», допивая колу и разговаривая о трудности жизни львов в Африке. Когда мультфильм закончился, Энни уже спала на плече Скотта.
Он осторожно перенес ее на единственную кровать во второй комнате и ласково укрыл теплым одеялом. Сам же вернулся на крышу, убрался, втащил телевизор обратно в дом и, наконец, лег на диване, прикрываясь пледом. В окно светила теплая весенняя луна.

Утро началось с небольшого пожара. Просто Скотт пытался приготовить яичницу. Прибежавшая на запах дыма Энни тут же облила плиту из стакана с вчерашней колой, отчего заполыхало еще веселее. Скотт в три прыжка добежал по коридору до огнетушителя и так же быстро вернулся обратно. Белая пена затопила половину кухни, но пожар сдался под натиском третьего пилота.
- Да, папа, - скептически заметила Энни, - тебе явно не хватает мамы.
- Цыц! – пригрозил Скотт и поставил красный огнетушитель на пол. Его синие джинсы и белая майка покрылись пеной. Он стянул майку и зашагал в ванну – отстирываться.
- Энни, поищи в холодильнике колбасу и хлеб, - попросил он из ванны. – И… не рассказывай об этом маме, пожалуйста.
- Не буду. Особенно если подаришь мне велик.
- Энни, это шантаж!
- Нет, благородный грабеж родного папы, - честно ответила Энни и открыла холодильник.
Скотт с трудом отмыл джинсы и решил их пока не снимать. Майку бросил в стиральную машинку – пусть вертится, и вышел на кухню.
- Пап, твой холодрыльник плачет, - заметила Энни.
- Чего? – удивился Скотт, присев на стул и наблюдая, как дочка делает бутерброды.
- Ну, вода в нем обледенилась.
- А, заледенел… Да, нужно его разморозить, - задумчиво проговорил Скотт.
- Держи, - Энни протянула ему огромный бутерброд. У нее самой был втрое меньше.
Они позавтракали и выпили чай – благо чайник сохранил свою работоспособность – и стали собираться.
Скотт одел свой обычный рабочий костюм с синим галстуком, Энни - вчерашние шортики и футболку. Она взяла скаутский рюкзак, который был едва ли не выше ее самой, и выбежала в коридор.
Они спустились по лестнице, вместе съезжая по периллам, и вышли к машине.

Скотт подвез Энни к самым дверям школы. Прямо перед ними оказалась машина Шейлы. Журналистка стояла, прислонившись спиной к своей Мазде и скрестив руки на груди. Темные очки скрывали ее глаза. «Деловой костюм ей очень идет», - мысленно отметил Скотт.
- Привет, мам! – весело сказала Энни, выкарабкавшись из синей Ауди Скотта.
- Здравствуй, Шейла, - кивнул Картер, тоже выбравшись из машины.
- Всем привет, - бодро ответила журналистка. – Что ты ела? – тут же спросила она дочку.
- Вчера пиццу, сегодня… яичницу, - Энни незаметно подмигнула папе. Шейла скептически ухмыльнулась.
- Хорошо. Спасибо, Картер, - она кивнула Скотту.
За три машины от них остановился черный Майбаш. Из него вылез юный блондин и приветственно помахал Энни.
- Лан, мам, пап, я побегла. Всем пока! – с этими словами Энни развернулась и весело, но нарочно медленно зашагала в сторону блондина.
Скотт улыбнулся ей вслед.
- Ладно, удачи, Картер, - хмыкнула Шейла и села обратно в машину. Через несколько секунд она уже ехала в сторону медиа-центра.
Скотт взъерошил свои рыжие волосы и вернулся в машину. Захлопнул дверцу, включил автомагнитолу и вырулил на трассу.

Вечером после работы его ждала пустая квартира, остатки обгоревшей кухни, несколько новых счетов и полный холодильник продуктов.


*****


- Ты знаешь, я скучаю по тебе, - произнесла Шейла, смотря в пол. Она сидела на его стареньком зеленом диване и держала в руках бокал с шампанским. У Энни закончился день рождения, гости ушли и пора было убирать со стола, но вставать и уходить не хотелось. Чуточку неожиданно для себя.
- Я тоже, - кивнул Скотт. Он видел, что слова давались ей нелегко.
Повисло молчание. Шейла посмотрела в окно, но за окном подсказки не было.
Скотт подошел, поднял перевернутое кресло и сел напротив нее. Он осторожно взял руки Шейлы в свои.
- Послушай, возвращайся.
Шейла отвернулась от окна и посмотрела на Скотта.
- Давай попробуем начать все сначала, - попросил Скотт.
Она смотрела на него какое-то время. Он осторожно приблизился, намереваясь закрепить просьбу поцелуем. Шейла отстранилась, на ее губах появилась грустная улыбка.
- Ты ведь ничуть не изменился, - она покачала головой. – Ты все такой же, каким был, когда я ушла от тебя.
- И такой же, каким ты меня любишь, - заметил Скотт.
- Ты даже в квартире к приходу гостей не убрался, этим пришлось заниматься нам с Энни.
- Я работал все выходные, - вздохнул Скотт. – Не успел.
- Вот видишь, - она вновь смотрела в окно. – Ничего не меняется.
- Но разве это так важно? – устало спросил Скотт. – Черт возьми, наша дочь любит нас обоих. Она заслуживает, чтобы у нее была нормальная семья.
- Вот именно, - Шейла заглянула ему в глаза. – Нормальная семья, Скотт. А ты – это одна сплошная катастрофа. Извини, - она вновь покачала головой.
Шейла поднялась с дивана и стала собирать посуду, давая понять, что разговор окончен.
Скотт тоже встал. Первой мыслью было уйти в комнату и заснуть, второй – одеть куртку и пойти прогуляться.
- Я помогу, - сказал Скотт и взял у Шейлы грязные тарелки. – Ложись спать, я сам уберу.
Шейла удивилась, но не подала виду.
Спустя десять минут мебель в гостиной стояла на своих местах, а Скотт мыл посуду. Шейла сидела рядом, за маленьким кухонным столом, курила и изредка посматривала на Скотта. Никто из них не произносил ни слова.
Скотт закончил, выключил кран, вытер последнюю тарелку и поставил ее на полку.
- Пойдем, ляжешь в спальне вместе с Энни, а я буду спать на диване.
- Хорошо, - ответила Шейла.
Скотт прошел по квартире и открыл перед Шейлой дверь в спальню. Внутри, на широкой кровати, уже мирно спала их дочь. Шейла прошла вперед.
- Подушка в секретере, второе одеяло…
- Я знаю, Скотт, - хмуро ответила Шейла.
- Хорошо… - смутился Картер. – Тогда спокойной ночи.
- Да.
Он вышел.
Шейла разделась и легла на кровать. Простыни пахли Скоттом, и от этого предательски защемило сердце. Мелькнула мысль, что, может быть, зря она?.. Может быть, стоит попытаться… Хотя ничего не изменится. Но помыл же он посуду… - И что? – Да нет, ну вдруг… - Не будет вдруг. Все по-прежнему. Он по-прежнему раздолбай, каким был всегда. Которого она действительно любила. И без которого у нее сжималось сердце и хотелось плакать, предательски и по-женски. Но нужно быть сильной, нужно, чтобы Энни росла в здоровой атмосфере, чтобы хорошо училась, закончила школу, не разбилась на машине и не пострадала от экстремального спорта – а со Скоттом с ней могло случиться все, что угодно.
Ах, черт возьми. Она все делает правильно, все. Она зарабатывает огромные деньги, получает награды, она ведущий журналист Земли, и у Энни будет все самое лучшее. Но, черт же побери, черт возьми, почему у нее от одного его запаха так стучит сердце?..
А что, если выйти к нему… сейчас… он рядом, там, на диване. «Нет», - остановила себя Шейла. Ничего хорошего из этой идеи не выйдет. Надо это перебороть. Нужно закрыть сердце, заставить душу замолчать и не мучить ее. Спать, просто спать.
- Мама? – сквозь сон Энни чуть приоткрыла глаза.
- Я здесь, спи, - Шейла обняла дочку.
Энни зарылась в ее плечо и тихонько засопела.
Шейла подумала, что дочка – главное, что у нее есть в жизни. И медленно заснула. Получилось.


***

- А хороший вечер, - сказал Скотт, и откинулся на спинку стула. Спинка жалобно скрипнула.
- Нэ? – вопросил Скотт и обернулся.
Он этого жеста небольшой деревянный стульчик скрипнул еще более жалобно, и вдруг развалился. К счастью, Скотт успел с него вскочить.
- Когда ты перестанешь все ломать, - хмыкнула Шейла, совсем не зло, даже спокойно.
- Когда зима придет в Мадагаскар, - ответила из другой комнаты Энни.
Скотт взлохматил свои волосы, и облокотился на холодильник. Тот тоже зазвенел, и он поспешил отодвинуться. Третий пилот встал посреди кухни, явно не зная, куда себя деть.
- Держи, - подмигнула ему Шейла, отдавая тарелку с пловом. – Пошли за мной.
- А? Куда? – спросил Картер.
- Пошли, - заговорчески повторила Шейла, и он покорно пошел следом.
Проходя по коридору, она чуть задержалась перед комнатой Энни и постучала в дверь.
- Кто здесь? – фыркнула Энни.
- Дочка, садись за уроки. А то я слышу дыхание Дарта Вейдера из твоего телевизора.
- Это марсианское правительство тусуется за окном. Они хотят отдать мне патент.
- Какой патент? – удивилась Шейла.
- На изобретение межгалактического звездолета. До меня никто его не изобретал.
- А, пусть оставят бумаги на столе, утром мы с папой их посмотрим. И попроси их вернуться на Марс, тебе еще надо доделать математику.
- Ну маам!..
- Все, садись за уроки.
- Ну хорошо, хорошо… - звук дыхания Дарта Вейдера сменился очень тихой дракой на световых мечах.
Шейла хмыкнула и пошла дальше. Скотт покосился на закрытую дверь комнаты Энни, и пошел следом.
Они пришли в гостиную и поставили тарелки с едой на небольшой столик.
- Так ты надолго в город? – спросила Шейла.
- Да, на полгода минимум. Следующая командировка будет еще не скоро. А ты?
- Не знаю, - вздохнула Шейла. – В моей работе все быстро меняется. Сегодня я с вами, а завтра делаю репортаж на экваторе или в созвездии Козерога.
- Как всегда, - пожал плечами Скотт. – Но главное, тебе нравится твоя работа.
- Да. А тебе, твоя, что, не нравится?
- Ну, как тебе сказать, - задумался Скотт. – Мне нравится писать книги. А все остальные работы – это материал для будущих книг. Но увлечься ими по-настоящему я не могу.
- Может, ты просто не нашел свое дело? – спросила Шейла.
- Нашел. У меня было дело, когда я был пилотом. А сейчас война закончилась.
- Ты говоришь так, будто жалеешь об этом.
- Нет, не жалею. Но я скучаю по ребятам. Джей уехал и живет с женой и детьми, а Кэти вообще не найти, я не знаю где она сейчас.
- Поезжай к Джейсону.
- Это будет надолго, может быть, на неделю. А я не могу сейчас брать отпуск, и, тем более, не хочу оставлять Энни.
- Ты мог бы взять ее с собой, - задумчиво сказала Шейла.
- Ты правда так думаешь?
- Да. А почему нет? Она бы посмотрела на твоего старого друга, поиграла бы с его детьми. Она любит играть с мальчишками.
- Да Энни сама большой сорванец, - расплылся в улыбке Картер. – Да, знаешь, мне нравится эта мысль. Может быть, как-нибудь и правда съездим. Поедешь с нами?
Скотт задал вопрос, а потом посмотрел на Шейлу. Отношения между ними заметно улучшились за последнее время, но они все еще оставались разведены.
- Я не могу, - покачала она головой.
- Понимаю, - нахмурился Скотт.
- Нет, дело не в том, что я не хочу. Просто у меня завал на работе. Круглосуточный.
- Как всегда, - кивнул Скотт.
- Да, как всегда, - согласилась она. – Хотя я бы хотела посмотреть, как Джейсон и Елена уживаются.
- О, она наверняка им командует, - ухмыльнулся Картер. – Им и их мальчишками. А Джей беспрекословно все выполняет, по старой армейской привычке. Все чинит, все моет и занимается детьми.
- Какой замечательный муж, - хмыкнул Шейла. – Взял бы с него пример!
- Ну, - смутился Скотт, - боюсь, это не мой стиль. Хотя я был бы не против попробовать. При наличии жены, - он замер, посмотрев на Шейлу.
- Не мечтай, Картер, - фыркнула журналистка. – Только на том свете.
- Тогда придется тебя убить, - театрально вздохнул Скотт. Шейла рассмеялась.
- Черт возьми, Энни копирует твои интонации. Постоянно, - вздохнула она.
- Правильно. Девочка должна быть похожа на отца.
- Совсем не обязательно, - возмутилась Шейла.
- Так довольно часто бывает. Кстати, плов замечательный. Как и все, что ты готовишь.
- Не подлизывайся!
- Я не подлизываюсь, - Скотт сделал большие и невинные глаза.
- Тогда говори, что тебе от меня нужно, - довольно сощурилась Шейла.
- В данный момент, немного. Соль, кетчуп, вилла в Айдахо, яхта в Монтескье, и один поцелуй.
- Какая скромность! Всего один?
- Ага, - кивнул третий пилот и заговорщицки подмигнул бывшей жене.
- Ну, если отбросить все остальное, но попробуй его с меня взять, - ухмыльнулась Шейла.
- Попробую! – заявил Картер, встал со своего места и пересел на диван, поближе к Шейле.
Шейла спокойно дождалась, когда Картер сядет, а потом быстро встала. Скотт успел схватить ее за руку, развернул девушку и усадил рядом с собой. Он держал Шейлу за руки и смотрел в глаза.
- Один так один, - хмыкнул он, и поцеловал ее.
На несколько мгновений мир вокруг них замер.
А потом послышался звук разбитой тарелки.
- Ха! – засмеялась Шейла, и прервала поцелуй.
Скотт оглянулся. На полу лежали осколки тарелки.
- Чорт. Извини, - смутился он. – Вечно я…
- Да ничего, я привыкла, - хмыкнула Шейла, а потом развернула Скотта к себе и поцеловала еще раз.
- И потом, это на счастье.
- А… ну тогда ладно, - согласился Скотт, и провел рукой по спине девушки.
Ночь обещала быть длинной.


2006 - 2009 гг.

@темы: мои рассказы